Меню
16+

«Заря». Общественно-политическая газета Суровикинского района

04.02.2021 10:44 Четверг
Категории (2):
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Ему досталась искренняя любовь и уважение простого народа

В 1881 году 4 февраля в селе Верхнее Бахмутского уезда Екатеринославской губернии в семье батраков Ефрема и Марии Ворошиловых родился один из самых легендарных наркомов Советского Союза — Климент Ворошилов. С 7 лет он пас коров, потом начал работать на шахте, на Юрьевском металлургическом заводе. Образование его ограничилось тремя годами земской школы.

. Удивительно, но в мальчишке, выросшем в нечеловеческих условиях, на всю жизнь сохранилось доверие к людям и умение видеть в них хорошее, что отличало Климента Ворошилова до последних его дней, и именно эта способность привлекала к нему простых людей. Она помогла ему в предреволюционные годы, когда после вступления в 1904 году в социал-демократическую партию он полностью переключился на партийную работу и стал одним из самых знаменитых большевистских агитаторов и пропагандистов. Имевший всего два класса образования, он компенсировал нехватку знаний постоянным чтением. «Книги и сама жизнь стали моими университетами, моей академией. И всем, что мне довелось познать и чего удалось достичь, я был обязан в основном книгам, чтению», – писал впоследствии Ворошилов.

За 13 лет, отделявших начало его политической деятельности от Октябрьской революции, он успел неоднократно побывать в тюрьме и ссылке, что серьезно подорвало его здоровье. Тяжелая травма навсегда оставила свой след в его жизни. Уже будучи наркомом обороны, Климент Ефремович поражал малознакомых с ним людей тем, что в свободное время мог по нескольку часов заниматься на брусьях или турнике. И мало кто знал, что таким образом нарком избавляется от проблем, которыми обеспечили его в одном из полицейских участков, когда при очередном аресте серьезно избили молодого большевика. Но среди печальных событий, которыми были наполнены дни ссыльнопоселенца Ворошилова (или товарища Володина, как называли его в РСДРП, следуя неукоснительному правилу конспирации), были и светлые моменты. Одним из них стала встреча с будущей женой — Екатериной Давидовной. Тогда ее звали Голдой Гробман, и была она такой же ссыльной: член партии социалистов-революционеров, молодая женщина тоже попала в архангельское село Холмогоры за свою политическую деятельность. И попала не в лучшем физическом состоянии: незадолго до ссылки, будучи в тюрьме, Голда угодила на операционный стол и навсегда потеряла возможность иметь детей. «Может быть, это удел каждого человека в преклонном возрасте – вспоминать молодость, лучшую пору своей жизни. Но, честное слово, мне всего дороже именно эти годы. Годы борьбы, успехов и поражений, возмужания и накопления революционного опыта. Ради них стоило жертвовать всем: молодостью и самой жизнью», – напишет в своих воспоминаниях Климент Ворошилов. И это не будет исключительно политическим заявлением: те, кто близко знал красного маршала, говорили, что для него время знакомства с молодой эсэркой действительно было одним из самых счастливых эпизодов в судьбе. И навсегда изменило ее. Из ссылки Ворошилов вернулся женатым. Причем супруга пошла на очень серьезный шаг, чтобы связать свою судьбу с будущим наркомом обороны: еврейка по крови и вере, она крестилась, стала православной, сменила имя (стала Екатериной), лишившись при этом возможности поддерживать отношения с семьей. Молодому мужу Екатерина Давидовна рассказала обо всем, ничего не утаив. «Голда никогда меня не обманывала, и во время наших первых свиданий честно рассказала мне про то, что она никогда не сможет иметь детей, – много позже вспоминал Ворошилов. – Но я твердо был уверен, что люблю эту женщину и хочу связать с ней мою судьбу...». Коль скоро иметь своих детей Ворошиловы не могли, они, искренне и верно любящие друг друга, завели приемных. Первым стал четырехлетний Петя, которого Климент Ефремович в 1918 году забрал из царицынского детдома. В 1925 году в семью пришли осиротевшие дети Михаила Фрунзе – Тимур и Татьяна. Встречаются упоминания о еще двоих усыновленных детях: племяннице Екатерины Давидовны по имени Гертруда и племяннике Климента Ефремовича по имени Николай, однако в официальных источниках сведений о них не обнаружено. В отношениях между приемными родителями и детьми царила настоящая любовь – такая же, как и между самими Климентом и Екатериной.

В годы Гражданской войны Ворошилов занимал много постов, но самым заметным, наверное, был пост члена Реввоенсовета 1-й Конной армии, которой командовал Семен Буденный. Ворошилов принимал участие в создании этого соединения, внесшего большой вклад в победу большевиков в Гражданской войне, С Иосифом Сталиным он познакомился еще в 1906 году, но сблизился в годы Гражданской войны, во время обороны Царицына.

Одна из страниц жизни Климента Ефремовича неразрывно связана с историей станции Суровикино, с историей нашего города и района: на фасаде железнодорожного вокзала висит мемориальная доска, посвященная событиям 1918 года и участию в них маршала.

Огненный вихрь Гражданской войны ворвался на Дон. Казалось, чья-то дьявольская рука поделила народ на красных и белых, своих и чужих. Брат поднял оружие на брата, сын на отца. Бывшие закадычные друзья и земляки стали заклятыми врагами. Дело даже не в богатых и бедных…Дело скорее в том, что в эти страшные годы забыли про общечеловеческие ценности, забыли про милосердие, забыли про Бога. Реки казачьей крови, реки слез матерей и вдов потекли в Тихий Дон.

15 марта белоказачий полковник Попов с двумя сотнями калмыков занял Суровикино. Местных красных активистов под Калиновской горой расстреляли. За месяц Суровикино несколько раз переходит из рук в руки, от красных к белым. Пока не создан был из казаков и красноармейцев отряд самообороны. В него входят наиболее авторитетные у населения казаки: М.И.Сысоев, К.Ф.Варламов, М.Ф.Панчишкин, И.К.Варламов, Г.Ф.Колесников, Р.Л.Рубцов. Железнодорожные мосты на Доброй и Осиновке взяты под охрану. Но сразу же возник вопрос: где взять оружие? На станции Чир, в пятнадцати верстах от Суровикино, отряд царицынских рабочих под руководством Тулака заготавливает продукты для города. Тулак с недоверием отнесся к просьбе казаков: как бы не повернули вы это оружие против меня. А что, если доказать вам на деле свою отрешенность от белоказачьей пропаганды? В хуторе Митяеве белые держат гурт мясного скота. Отбейте его, отдайте в помощь голодающему Царицыну, получите оружие. И вот небольшая группа суровикинцев под командованием Е.М.Иванова отправляется на боевую операцию. В бою с белогвардейцами суровикинцы захватили два пулемета с лентами, пригнали 125 голов скота. Тулак убедился в надежности казаков, выдал им 180 винтовок, пулеметов, патроны к ним, одно орудие.

Отряд красных партизан взял на себя функции охраны станции от бандитов и неизвестных воинских формирований. В этом отряде, насчитывающем 180 человек, были не только местные казаки. Отряд состоял в основном из бывших солдат, покинувших фронт, рабочих, добровольцев. Они называют себя красными партизанами с периода вступления на вахту по обеспечению безопасности населения Суровикино до слияния с действующей армией под командованием Ворошилова К.Е.

В апреле сформированная из разрозненных частей, подразделений, отрядов 5-я Украинская армия с жестокими боями пробивается к Царицыну. В полдень 22 мая со станции Морозовской под прикрытием бронепоезда и отряда в 30 бойцов в Царицын отправлен санитарный поезд с ранеными и больными красноармейцами. Поезд благополучно прошел Обливскую и к вечеру прибыл на станцию Суровикино. В нем было до 600 человек. Помощник начальника станции Суровикино Чиликин оказался белогвардейским агентом-предателем. За ночь он отвел в тупик санпоезд и угнал паровоз, сообщив через свою агентуру в штаб белоказаков полковника Попова о том, что можно с рассвета действовать, что охрана поезда небольшая и район Суровикино быстро перейдет в руки белых. И действительно, на станции Суровикино поезд простоял всю ночь, а на рассвете раненые и больные со стороны хуторов Жирки и с юга из-за Чира услышали ружейные, пулеметные и артиллерийские выстрелы, рядом с вокзалом и штабом партизанского отряда упали первые артиллерийские снаряды. Это наступали белоказачьи полки. В предрассветных сумерках сразу с двух сторон атакует кавалерия. Непосредственно на станции завязался бой. Командир отряда М.И.Сысоев сам ведет в бой казаков и гибнет. Командование отрядом принимает К.Ф.Варламов, отбивает первую атаку. Посылает гонца на станцию Чир за бронепоездом и в Морозовскую к командующему 5-й армией. Бригада калмыков под командованием полковника Попова с западной стороны завершает окружение хутора. На стороне противника большое численное преимущество и внезапность натиска со всех сторон. Силы были неравны. В бою погибли, кроме Сысоева и Варламова, 12 героев-бойцов, 18 красных партизан суровикинского отряда были тяжело ранены.

К 9 часам утра белоказаки оттесняют партизанский отряд на запад хутора, в сторону Нижней Осиновки. Часов в 10 утра со стороны Обливской услышали гудок паровоза, на горизонте заметили серый дымок. Вскоре стало отчетливо видно бронелетучку, в которой находились товарищи Ворошилов и Пархоменко. У моста через Осиновскую завязался бой с белоказаками. Под прикрытием бронелетучки красные партизаны и бойцы 5-й армии идут в атаку. Ворошилову удалось прорваться со станции Суровикино и тем самым вырвать из лап смерти ту часть больных и раненых и их семей, что успела погрузиться на бронелетучку и в вагон. Вернувшись к своим отрядам, которые уже находились в районе Обливской, он немедленно повел наступление на станцию Суровикино, чтобы спасти оставшихся раненых. После ожесточенных кровопролитных боев к 27 мая белые были разбиты и их остатки выбиты из района станции Суровикино, которая перешла в руки красных отрядов Ворошилова. В санитарном поезде после дикой расправы в живых осталось немногим более 30 человек. Весь санитарный поезд порублен казаками. За эту изуверскую резню белоказачий полковник Попов получил от атамана Краснова чин генерала.

24 мая 1918 года в Суровикино состоялось торжественное захоронение погибших товарищей, бойцов и командиров 5-й армии и местного партизанского отряда. На траурном митинге выступил сам Клим Ворошилов, командующий 5-й армии. Мемориальная доска на здании вокзала более восьми десятилетий констатирует этот факт. На братской могиле участников Гражданской войны и советских воинов, погибших в период Сталинградской битвы, в 1967 году был установлен обелиск.

Так шло продвижение частей Ворошилова от Морозовской до Чира.

В начале июня армия т. Ворошилова повела наступление на станцию Чир. После ожесточенных боев она была занята красными частями. У станции Чир находился огромный, почти в 600 метров длиной, железнодорожный мост через Дон. После отступления 23 мая царицынских частей от Чира его взорвали — путь на Царицын был отрезан. Армия Ворошилова оказалась во вражеском кольце: и со стороны Суровикино, и со стороны Нижне-Чирской и Ляпичева наступали белые.

Взорванный мост вызвал растерянность у некоторой части бойцов и командного состава. Восстановить его казалось делом почти невозможным. Тяжесть положения еще более усугублялась тем, что со стороны Царицына не было оказано ворошиловским частям никакой помощи.

Какой же выход из создавшегося положения нашел т. Ворошилов? Восстановить мост во что бы то ни стало и провести через него все эшелоны, ничего не оставляя противнику, — таково было решение. В части были посланы для агитации лучшие представители армии: Пархоменко, Дышловой, Кулик и др.

Бутить Дон — это был единственно возможный в тех условиях выход. Ворошилов долго беседовал с железнодорожным сторожем, который говорил о бездонной глубине Дона в этом месте, о том, что бутить невозможно, что быстрым течением «все унесет аж в Ростов». «У большевиков выйдет, поедем по мосту и тебя, отец, покатим», — уверенно и твердо ответил тогда командарм Ворошилов.

В первой половине июня начались земляные работы. Одни работали, другие вели борьбу с наступавшим противником, который ни на минуту не выпускал из виду моста, его артиллерия ежедневно посылала туда тучи снарядов.

…После двенадцатидневной упорной борьбы Дон начал заметно бутиться… И фундамент для возведения верфи подготовили. Но и это было не все. Надо еще срубить и уложить клети из бревен, скрепить их и затем проложить железнодорожную линию по мосту. Организовали целое подсобное производство. Наконец и эта часть работы была закончена. Мост был построен. Затаив дыхание, ворошиловцы следили за бронепоездом, который первым медленно прошел по мосту. Труднейшая, на первый взгляд почти невыполнимая задача была доведена до конца.

Сразу же после восстановления моста по приказу т. Ворошилова начали двигаться к Царицыну все ворошиловские эшелоны. Под Ляпичевом, под Музгой, под Карповкой — всюду шли ожесточенные бои. Но кольцо белых было разорвано. 22 июня т. Ворошилов приехал в Царицын.

Среди руководителей СССР с конца Гражданской войны и до конца 1950-х годов Климент Ворошилов был одной из самых живых и человечных фигур. Неслучайно именно ему досталась искренняя любовь и уважение простого народа, в том числе и рядовых красноармейцев, к чьим обращениям маршал всегда внимательно относился.

«Я не верю в предопределение, но я благодарен своей судьбе за то, что мне выпал именно тот путь, который мне довелось пройти», – такими словами начинается первая книга воспоминаний одного из самых легендарных военачальников СССР — маршала Советского Союза Климента Ворошилова.

Н.АВРАМОВА, наш корр. Подготовлено по материалам сайта портал История.РФ, на основе сборника «Взгляд сквозь время»

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

21